Сон разорвал на мне кожу, как ветхое платье,
ум перетряс, как мешок барахла, с фонарем
в каждый угол проник, щекоча лунным лезвием
сердце, все последние тайны вытолкнул
на безбожный свет, раздев донага,
сон меня вскрыл, как нарыв, теперь я —
боль и уродство открытой раны, стою
перед зеркалом: как не погибнуть
в собственной гнилой крови? Как с ума не сойти?
Как исцелиться, если новая грязь
изнутри подступает?
Расти, моя правда, как кривая вечерняя тень,
жутко распластанная по стене.
Стань выше меня, я глаз с тебя не сведу
и от страха их не закрою. Я в болоте твоем умоюсь,
и оно превратится в родник.
Только так исцеленье возможно.
Сон придет новой ночью, мне голову серп
рассечет его острый, но прольется лампадное масло,
каждый час ожидая огня, как приветствия смерти.